 |
Доброго вам времени суток дамы и господа!
Целый час сидела я и писала вступительное слово о том, какой хочу видеть свою колонку, вести которую мне почему-то доверили. Целый час! Написала, повставляла целую кучу замечательно красивых картинок…. И нажав не на ту кнопочку, удалила всё это, не успев сохранить или скопировать. Расстроилась, конечно.
А потом вдруг подумала – судьба! Нечего нюниться, нечего разводить всякий официоз, писать о планах, стратегии и тактике, потому что надоело это уже всем и каждому.
Колонка будет называться «Мы все чудили понемногу», потому что я собираюсь в ней чудить. То есть писать практически всё, что придёт в голову. О чудаках и чудачках, о чудном и чудесном, о чудачествах и чудоковатостях. О людях, которые не такие, как большинство. О явлениях, которые могут удивить или вызвать удивительные мысли. О литературе, которая понравилась или возмутила. О том, что заставило рассмеяться или заплакать. Я собираюсь спорить с ведущими других рубрик, даже несмотря на всякую там корпоративность, если мне покажется, что есть о чём поспорить. Я буду вредничать, если настроение станет огорчительным. Я буду кукситься, если болезнь вдруг подкрадётся из-за угла и укусит. Я буду ёрничать, если настроение хорошее, а обстоятельства плохие. Я буду, буду, буду, если начальство мне всё это, конечно, позволит.
Поскольку вы будет вынуждены всё это читать, я заранее заявляю, что люблю критику и советы. Я пользуюсь и тем, и другим нагло и безо всякого зазрения совести. Я люблю учиться и ненавижу учить. Поэтому пишите, ругайте, ругайтесь, я не стану обижаться.
Я всё думала, с кем познакомить вас вначале. И решила, что если уж знакомить, то с друзьями. И с темами, которые для меня дороги. Не все из них сохраняют и поныне свою актуальность для меня лично, но я уверена, многим из вас будет интересно познакомиться с некоторыми из них.
|
Эту статью я написала около двух лет тому назад. Её опубликовали в нескольких газетах и украли два глянцевых журнала, но статья от этого хуже не стала и я очень хочу, чтобы и вы её прочитали и узнали обо мне чуть больше.
О вреде штампов и шаблонов в нашей жизни и рядом с ней
Несколькими штампами можно убить даже очень сильного человека…
Ах, эти параллели, ах, эти аналогии, ах, эти «типичные» случаи… А проще говоря, штампы и шаблоны, шаблоны и штампы. Их видно на лицах большинства из нас, так и перемещаемся мы по планете – в штампах с ног до головы.
Штамп первый. «В здоровом теле – здоровый дух!»
Да неужели? Видимо, хиляк Суворов, простатитный страдалец и подагрик Наполеон Бонапарт, колченогий Чингисхан, пивная бочка Черчилль, доходяга Вольтер и многие-многие другие совсем нездоровые, зато сильные духом люди – просто-напросто маленькое такое исключение из великого правила… Совсем малюсенькое. Можно даже сказать, что это исключение – подтверждает само правило. Диалектика…
Штамп второй. «Стройность – залог здоровья»
Ну, что ж, очень может быть. Только вот куда девать совсем не стройных силачей-тяжеловесов и вполне здоровых любителей пива? А многодетные матери – обычно такие большие и прекрасные? А просто крупные от природы и редко чем болеющие люди? Тоже исключение? Хорошо, пусть! Только не кажется ли вам, что уж больно много исключений? Многовато будет!
Штамп третий. Современный и самый большой. «Только стройные, сильные и мускулистые могут чего-то добиться в этой жизни»
Утверждение, надо сказать, более, чем спорное, но надо же что-то отштамповать, чтобы загнать всех, кого надо и кого не надо в дорогущие тренажёрные залы, и чего только не придумаешь, чтобы впарить подороже таблетки, кремы, мази и коктейли для похудания наивным, психически неуравновешенным, доверчивым до тошноты гражданам.
И вот уже худеют изо всех сил деятели искусств малых и больших форм, дилеры, брокеры, менеджеры, логистики, крутые ребята и другие комплексующие особы.
Всё не идёт у меня из головы – интересно, была бы обожаемая мною Алла Борисовна Пугачева более популярной, если бы родители наградили её большей стройностью? И станет ли хоть одна из нынешних, вечно худеющих певичек чуточку такой же талантливой и великолепной, как Элла Фицджеральд, или Монсеррат Кабалье? Даже не вопрос! Так…, забавное размышление! Если и станут, то отнюдь не потому что похудели. Это уж точно!
К слову сказать, не могу не посетовать на метаморфозы, происшедшие с Ларисой нашей Долиной. Вот женщина была! А что осталось?.. Красивые, обтягивающие фигуру платья? Даже петь стала как-то не так… Обидно, право же, до слёз! А кстати, станет ли ещё умнее Владимир Соловьёв, потерявший вместе с усами и килограммами чуть не всё своё жгучее обаяние? И будет ли кому-нибудь больше нравиться солнечная, потрясающая, гениальная и красивейшая Мария Аронова, если она вдруг возненавидит себя настолько, что захочет похудеть? Упаси нас Бог от таких напастей! Даже думать страшно!
И честное слово, если бы большой-пребольшой, толстый-претолстый, с носом-картошкой Жерар Депардье поманил бы меня лёгким, презрительным движением мизинца левой ноги, я плюхнулась бы на колени и поползла бы к нему – любимому, исступленно шепча: «Лямур, лямур, бонжур, тужур, абажур»… Только ведь не поманит…, потому что таких, как я – влюблённых в него - тысячи тысяч и всем нам наплевать толстый он, или худой, потому что он это – он и мы любим его таким, каков он есть.
Надо ли приводить примеры успешности в жизни и работе людей крупного телосложения? Честное слово, не хочется тратить на это время, слишком уж большим окажется этот список.
Штамп четвёртый. «Полные люди ленивы!»
Пусть простят меня господа – штамповщики, но на эту тему я говорить даже и не хочу! Так только – в виде заметки на полях. Большинство из знакомых мне людей – настоящие трудоголики. И так уж сложилось, что процентов 60 из них - такие же толстячки, как и я сама, или почти такие же, или чуть больше, чем такие же. Я не собираюсь утверждать, что полные люди работают лучше, чем худые, потому что это было бы совсем уж глупо. Ну, не зависит трудоспособность человека от его весовой категории, не зависит и всё тут!!!
Штамп пятый. «Полные люди апатичны и равнодушны»
Лично я – эмоциональна и полна всяческих страстей почти беспредельно! Опыт общения с толстушками и толстяками в процессе сбора материалов для этой и многих других статей, окончательно и бесповоротно убедил меня в обратном. Вполне возможно, что я ошибаюсь, и мне просто везёт на общение именно с такими людьми. У каждого свой опыт в этом вопросе, но, приглядываясь к окружающим меня людям, я всё больше убеждаюсь в их энергичности и жизнестойкости, опять же вне зависимости от их телосложения! А только от внутренней организации, от склада ума и характера.
Позвольте маленькое отступление. Я хочу рассказать вам о моей дорогой бабушке.
 Она родилась в 1914 году. У неё было двое детей – моя мама и её старшая сестра. Бабушка была замечательным поваром. Много лет она работала в ресторане Прага.
Война застала семью в Ленинграде. Дедушка ушёл воевать, а бабушку призвали на службу по специальности. Всю блокаду она работала в столовой, которая кормила солдат и офицеров остававшегося в Ленинграде флота. Наверное, готовила очень хорошо, потому что адмирал приходил кушать только в её смену. Может быть, потому что она умела делать то, что потом называла со смехом: «Из говна – конфетка».
Простите за грубое слово, но его, ведь, из песни никак не выкинешь! Но я собираюсь рассказать вам совсем не о бабушкиных кулинарных талантах.
Бабушка не была счастлива в своей семейной жизни. Дедушка мой был человеком крайне эгоистичным и, как я теперь отчётливо понимаю, очень хорошо чувствовал свою - по сравнению с ней - некоторую ущербность. Не был он, как бабушка красив, не был столь же талантлив, не было у него столько друзей…, а потому всякое уничижение бабушки им крайне приветствовалось. Он обожал рассказывать нам, её внукам о бабушкиных промахах и неудачах, о её якобы неуклюжести и о своём превосходстве. А мы – глупые дети, слушали и впитывали. А бабушка молчала, она вообще всегда молчала. Только и помню: «Как ты, горлышко не болит, не устала, хорошо покушала, а мама не забыла потушить мясо, как ты любишь?» А ещё помню, как она звонила и спрашивала папу: «Гриша, как дела? Гриша, у тебя там все дома?» Она спрашивала о нас – обо мне и маме, и все это прекрасно понимали, но папа считал необходимым всякий раз отчитывать её за намёки на его умственную отсталость, и мы все над ней дружно смеялись. Глупости какие!
Умерла бабушка неожиданно. Упала однажды и сломала тазобедренный сустав. Вставать она уже не могла. И тихо умерла через три месяца. Я так и не поняла от чего. Сказали – сердечная недостаточность. Но я точно знаю, что на сердце бабушка никогда не жаловалась, да и врачи недоумевали…
Так вот на её похороны совершенно неожиданно съехалось очень много чужих людей. Молодых и старых. Из разных городов. И только тогда мы и узнали, что во время войны бабушка спасла от смерти жителей целого дома.
Там жили какие-то её дальние родственники и, когда начался голод, бабушка стала им помогать. На кухне оставалось достаточно объедков. Да-да, именно так – достаточно вполне съедобных объедков. Офицеров Морфлота кормил, видимо, совсем неплохо. И бабушка стала носить родственникам ведро этих самых объедков. Но она не могла помогать только им и в итоге взяла шефство над всем домом. Каждый день она ходила три часа в одну сторону и три часа в другую с тяжеленным ведром. Дважды на неё нападали, и один раз она чудом спаслась. Адмирал узнал о её походах и приказал выделать ей сопровождающего. Таковой находился далеко не всегда – война есть война, но бабушка всё ходила и ходила и спасала от смерти голодных, умирающих людей. Что ею двигало? Сострадание, чувство долга, ответственность, или любовь к людям, переполнявшая её через край? Я не знаю. А знаю я только, что она всю жизнь трудилась, как вол и даже, уйдя на пенсию, устроилась в магазин, где стояла на своих полных ногах и готовила детям и взрослым молочные коктейли по две смены в день. Как-то по-особенному она умела это делать, но честное слово, таких вкусных коктейлей я больше никогда не пила. А ещё она устраивала своим маленьким посетителям маленькие спектакли. Перед стойкой стояли столики, и она рассказывала сказки детишкам, которые сидели за ними, попивая вкуснейший напиток.
На похоронах захотели выступить столько людей… Сколько же жизней спасла толстушка София?!! Говорили старики, говорили дети и внуки уже умерших ленинградцев. Один так и сказал: «София Сергеевна стала всем нам матерью, потому что, если бы не она, многие из нас просто не родились бы!»
Дорогая моя бабушка, ты прости меня. Я ведь не знала, какой ты была на самом деле сильной и смелой. Я-то думала, что ты – слабенькая неудачница…, и, как все в юности, в максимализме своём осуждала эту твою кажущуюся слабость …
Простите меня, господа, за отступление.
Миф шестой. «Полные люди не могут устроиться на работу.»
Вот с этим трудно не согласиться. Во-первых, потому что на самом деле есть у нас такие дураки-начальники, которые совершенно серьёзно полагают, что полные люди будут работать хуже, чем другие, а во-вторых, потому что некоторые искатели работы, заранее настроенные на такое к себе отношение, комплексуют и боятся отказа, что не может не сказаться на результатах собеседований, кастингов и тестирований.
Более того, в некоторых учебных заведениях имеют наглость утверждать, что есть профессии, которые требуют особой стройности фигуры. Например, профессии секретаря, менеджера, стильного продавца-консультанта и так далее, то есть, чуть ли не все профессии, требующие общения с людьми.
Моя чрезвычайно худенькая сестрица, заплатив сумасшедшие деньги за курсы секретарей-референтов и начав там своё обучение, вдруг обнаружила, что львиная доля отведённого для получения профессии времени, отведено на посещение бассейна, тренажёрного зала и косметического салона… её удивлению не было предела. Она-то думала, что секретарь-референт это человек, знающий машинопись, делопроизводство, начала бухгалтерии, иностранные языки и умеющий работать на компьютере. Но оказалось, что всё совсем не так! По словам, так называемых учителей, сначала она должна была научиться нравиться хозяевам жизни – ново-русским мужчинам.
Так моя сестрица вовремя опомнилась и нашла настоящие курсы. И там её научили всему, что было нужно. И контингент работодателей был совсем не таким, как на курсах предыдущих. Это были солидные фирмы, солидные люди, для которых важны были знания, умения, трудолюбие, а не длина ног и размер груди. А недавно среди моих знакомых появилось новое лицо.
 Юлечка – совершенное очарование, пышная красавица-блондинка, с чудесными глазами и ямочками на щечках. Редко встретишь человека, так лучащегося светом жизнерадостности и душевного равновесия. Юля не испугалась нравоучительных рекомендаций своих педагогов. Она получила специальность и, зная языки, спокойно устроилась на работу в иностранную фирму, где, конечно не могли не оценить её человеческих и профессиональных качеств. А недавно, когда фирма-ателье Элен-грин объявила о наборе демонстраторов моделей больших размеров, Юля – молодчина, решила попробовать свои силы и там. И от чего-то я совершенно уверена, что её проход по подиуму в замечательных одеждах этого ателье вызовет у истинных почитателей настоящей красоты не меньший, а, может быть, и больший восторг, чем во время проходов длиннющих, тонюсеньких, почти уже потерявших женственность манекенщиц.
 А вот Ольга – женщина потрясающей энергетики, ума, тонкого юмора, замечательно талантливая писательница, человек с широкой, распахнутой для любого доброго дела, душой. Она работает менеджером компьютерной фирмы и к тому же успевает в бешеном темпе жизни выполнять обязанности редактора сетевого журнала для полных женщин. Этот журнал-сайт стал первый таким Интернет изданием в России. Сколько он требовал и требует сил, знаний и энергии. Оля – ведущий двигатель, идейный руководитель, одновременно и писатель и редактор. Таким организаторским способностям, умению ладить с людьми мог бы позавидовать любой из наших незадачливых министров! А недавно Оля с подругой – тоже «нашей» девушкой Катей, моделью и писательницей, открыли Интернет-магазин http://www.bbwshop.ru, в котором полные женщины со всей страны имеют возможность приобрести для себя вещи и красивые, и сексуальные, и удобные, а главное практически любого размера.
 Кроме всего прочего, Оля успевает ещё и помогать отчаявшимся в борьбе с полнотой женщинам. Да так хорошо помогать, что одна из них – Надин уже демонстрирует свою потрясающую королевскую стать в сети магазинов «Три толстяка». Посмотрите - какая красавица! Надежда работает ведущим экономистом одного из институтов РАН.
Я могла бы о многих понаписать тут и долго ещё радовать вас фотографиями вполне успешных и состоявшихся женщин, имеющих крупные размеры и широкие габаритные огни, но не стану этого делать, потому что список может получиться слишком уж длинным, а мне не хочется вас утомлять.
Эпилог. Гневный!!!
Пусть худеют неуверенные и закомплексованные, пусть воюют с килограммами те, у кого нет ни сил, ни желания, ни таланта, ни страсти воевать с чем-нибудь другим. Пусть сидят на диетах скучающие, зашоренные, общтампованные и обшаблоненные истеричные граждане. Пусть! Чем бы дитя не тешилось… Хотя, если совсем уж честно, то мне их всё-таки жалко.
Всё пополняются их ряды и вот уже – напра-нале-кругом! – маршируют они по коридорам психбольниц и бедные врачи, хватаясь за головы, кричат во сне и наяву страшные слова: «Анорексия, булимия голодание, истощение, необратимые последствия, бездетность, смерть!!!» Но кто же услышит это глас, вопиющих в пустыне? Они идут, они наступают! На их лицах исступление и фанатичная, бредовая вера в то, что только похудание, именно похудание, непременное похудание – есть решение всех насущных проблем и путь к незыблемому счастью.
Только вот, а есть ли оно – это самое «худое» счастье? Вот в чём вопрос! Причём, глупый, очень-очень глупый вопрос! Потому что эти несчастные сначала борются с якобы лишними килограммами, потом с кривыми носами, тонкими губами, маленькими грудями, тусклыми волосами, перхотью… И борьбе этой нет и не может быть ни конца, ни края!
Потому что никого ещё не сделала счастливым ни шикарная фигура, ни прекрасное лицо. И стройные красавцы и красавицы ничуть не счастливее красавцев и красавиц курпулентного телосложения. «Не родись красивой, родись счастливой!» - говорят в народе, «Хочешь быть счастливым – будь им!» - сказала группа товарищей, скрывающихся под именем Козьма Прутков. А знаете, господа, я только недавно поняла, как он был прав, этот самый Козьма.
Спросите – почему? Да, потому что, наше счастье спит в наших головах и только от нас зависит, сможем ли мы его разбудить. Ужасно жаль, что я так поздно это поняла. Ужасно жаль, что я когда-то, совсем ещё недавно имела глупость не любить и не уважать саму себя. Ужасно жаль, что я имела глупость саму себя стесняться и стыдится. Нет! Я знаю совершенно точно, что я красива, молода, умна и талантлива! Чего и всем вам от всей души желаю!
И пусть по планете бродят люди разные и разнообразные! Телом и душой.
Вооот… выплеснула, и опять стало легче.
«А почему?» - спросите вы.
«А потому, что самое лучшее лекарство – это аутотренинг!» - не отвечу вам я, потому что так отвечать нельзя – не профессионально.
А теперь я постараюсь развеселить вас маленьким рассказиком собственного сочинения об одной толстушке.
Как Дуся здоровье поправляла
Однажды Дуся прочитала в журнале «Космополитен», что можно быстро похудеть, если активно заниматься сексом. Дуся удивилась. Пятьсот грамм за один раз? Дуся обалдела и стала подсчитывать. Оказалось, что только за последний месяц Дуся похудела примерно на 15 килограмм. Дуся испугалась не на шутку – так же можно всю свою красоту растерять!
И тут ей повезло. Зашла на чай с пирожными подруга Машка, и Дуся стала ей жаловаться на тяжёлую жизнь. А Машка возьми и предложи ей поехать в отпуск не на Гавайи или там в Париж, а в деревню Малые Верхние Ламки Дуся-сразу-забыла-какой-губернии. У Маши там жила бабушка-одуванчик. Эмилия Карповна. И были у той старушки домишко, коровёнка, банька, сарайка, а также собрание сочинений Монтеня, Канта и Гегеля. И это почти всё, что нажила она за годы непосильного труда. Но главное – коровёнка, парное молочко которой вполне может способствовать восстановлению Дусиной красоты.
Маша так хвалила бабушку и деревню Малые Верхние Ламки, так хвалила, что Дуся даже раздумывать долго не стала, оформила отпуск, собрала три чемоданишки кое-какой одежонки и поехала. Подруга обещалась прибыть неделей позже.
Дусе очень понравилась Машкина бабушка – в пенсне, с пепельно-сиреневыми кудельками вокруг узкого лица.
Эх, прям газонокосилка, - подумала Дуся, подходя к дому, издали ещё увидев сквозь щелистый забор сухонькую фигурку, резво носящуюся по двору.
Потом Дусе понравились: широкая кровать с кучей подушек-думочек в кружевах; круглый, сладко пахнущий чем-то очень домашним стол посреди светлой комнаты; палисадник с прямоугольной беседкой в углу, скамеечка у ворот и смешная собачка Стружка – светло-рыжая, маленькая и заливистая.
Дуся рассказала бабушке о своей беде, удостоилась восхищенного взгляда и тут же была послана добывать витамины. Дуся ведь хочет молочка? – пропела добрая женщина и вручила Дусе ведёрко.
Дуся ведёрко, конечно, взяла. И призадумалась. Она никак не ожидала такого поворота событий. Но Дуся смелая. Дуся сто раз видела по телевизору, как доят коров.
- Подумаешь, - сказала сама себе Дуся и пошла искать корову.
- Её Мушкой зовут! - крикнула вдогонку бабушка.
Корова стояла в сарае и мирно жевала что-то сухое и колючее. Может сено? Или солому? Дуся не знала, в чём разница. Дуся вдохнула коровий запах и поняла, что это не Шанель.
- Подумаешь, - снова сказала Дуся, поставила рядом с коровой низкую скамеечку и села. Скамеечка скрипнула, дёрнулась, скрежетнула и развалилась. Скамеечка не ожидала Дусиного прихода. Дусе стало очень больно. Вернее, не Дусе, а Дусиной попе. На глазах выступили слёзы, и Дуся сказала: «Итить твою мать через коромысло! Бля, больно-то как!» Корова внимательно посмотрела на Дусю и как-то недобро замычала.
- Наверное, обиделась за «мать», - решила Дуся, - или за «бля». Надо же какая недотрога!»
Дуся не привыкла сдаваться просто так. Она огляделась, подтащила к корове какой-то пенёк и села. Где-то там, под коровой должны были быть…сиськи. Дуся даже вспомнила, что четыре. Или три? Нет, всё-таки четыре. О, вспомнила вдруг Дуся – вымя! Эта штука называется вымя, и мама говорила, что, если его долго-долго варить, то получится очень вкусно. Дуся в этом сомневалась.
Корова повернула рогатую голову, нахмурилась и замычала. Не как в первый раз, а очень громко и хрипло. Дуся чуть не оглохла и зажала уши руками. Как, спрашивается, доить корову, если руки заняты?
Дуся решила, что уши как-нибудь привыкнут, и снова протянула руки под коровье пузо.
Корова мотнула головой и попыталась отодвинуться. Дуся хлопнула коровий бок и решила, что с животным надо сначала поговорить.
- Понимаешь, корова, - начала Дуся, - я тебя не обижу, я тебя только чуточку подою. Мне всего-то надо кружечку молочка.
- Угму-у-у, - мрачно сказала корова.
- Мушка, - вспомнила Дуся и продолжила, - я буду твои сиськи тянуть и отпускать, тянуть и отпускать, тянуть и…
Дусе стало ужасно смешно. Она вспомнила юношу Колю Петрикова, который однажды сказал, что сильно возбуждается, когда смотрит, как доят коров, потому что ни фига это не дойка, а настоящее дрочение. Дуся тогда сильно удивилась. А теперь вот вспомнила. Слово Дусе не понравилось, но никакие синонимы в голову не приходили, и она продолжила светскую беседу с коровой как могла.
- Я тебя немножечко подрочу, Мушка, - сказала Дуся очень ласково, - а ты мне за это дашь молочка.
- Угму-у-у, - тянула своё корова, всё ниже опуская огромную голову. Наверное, чтобы Дусе были лучше видны её рога.
- Ты чего это тут? - в дверях сарая обнаружилась сиреневая бабушка.
- Дою, - гордо сказала Дуся.
- Кого? - как-то странно всхлипнув, спросила Эмилия Карповна.
- Корову.
- А зачем ты её дрочить собралась?
- Так я это…, простите, я так…, успокоить, чтобы…
Старушка ухватилась за перекладину и захохотала неожиданным басом.
- Ты эту корову так ни за что не успокоишь, - откудахтав, сказала бабушка, - Мишке это может понравиться.
- Мишке? - удивилась Дуся, - почему Мишке? Это же Мушка.
- Мушка, мил моя, стоит в соседней сараюшке. Я их развела, а то он бодаться начал.
- Кто? – продолжала не понимать Дуся.
- Да Мишка же!
И тут Дуся, наконец, врубилась. Она чуть не подоила быка! Дуся посмотрела на свои руки. Дуся посмотрела на бабушку Эмилию Карповну. Дуся отодвинулась от Мишки. Дуся обиделась. На Мишку. Мог бы, кажется, намекнуть!
Бабушка отвела Дусю к Мушке и показательно принялась доить. Вжи-вжи-вжи… Приятные звуки… Дуся погладила корову. Тёплая, трепещет.
- Му-му-у-ука, - ласково сказала Дуся, и Мушка одобрительно закивала головой.
* * *
Поутру Дуся отправилась на речку. Течёт себе тихо и степенно мимо домиков, деревьев, травных лугов… Ах!.. Хорошо.
Дуся скинула халат и пошла в воду.
- Эй, милка, постой, рыбу распугаешь, - крикнул кто-то из-за деревьев.
- Ничё, - ответила Дуся.
- Ладно, ничё, - согласился кто-то, - а из берегов речка выйдет?
- Отойди подальше от воды на всякий случай, - миролюбиво посоветовала Дуся и поплыла.
Ласково, прохладно, нежно-струйно, обалдеть…
Дуся окунула лицо и засмеялась. Счастье. Счастье. Счастье. Солнце брызгает в глаза зайчиками, отскакивающими от воды, холодом обжигает снизу – родники полнят реку свежей водой, теплом обволакивает сверху… А-а-ах!..
- Эй, красивая, вернись! Потонешь!
- Почему это? – удивилась Дуся.
- Стремнина. И сом.
- Ой, - испугалась Дуся, - сом…
- Кусается! – крикнули с берега, и Дуся развернулась в обратное плаванье.
На этот раз ничего приятного – только быстрые взмахи руками, тяжелое дыхание, брызги в нос, заложенные уши и ужас в животе.
- Ну, ты и плаваешь! – восхитился человек-невидимка.
- Что? – не расслышала Дуся и принялась подпрыгивать на одной ножке, вытрясая воду из уха.
- Плаваешь, говорю, быстро очень.
- Так ведь сом. Кусается.
- Ага. Он может. Он такой. Кусачий.
- Могли сразу предупредить.
- Забыл. Потом вспомнил.
Из-за купы деревьев вышел высокий, худой человек в высоких сапогах и огромной шляпе. Тёмные глаза из-под рыжеватых вихров и каштановые усы. Симпатичный...
- Здрасьте!
- Ага, - Дуся прыгала на второй ноге, и ответить прилично никак не могла.
- Ты это…, ты тут не прыгай.
- Почему это?
- Червь в земле. Вылезает на топот и кусается.
И тут Дуся поняла. Дуся смотрела то кино. Дусе то кино даже понравилось. Смешное и страшное. Ах, так! Значит, над Дусей шутят.
- Не смешно! – разозлилась Дуся, но скакать перестала.
- Ладно, не обижайся. Мне же больно смотреть, как ты тут…
- Чего это больно?
- Ну… ты ж не одна прыгаешь.
- А кто ещё, - Дуся огляделась – вокруг ни души.
- Ещё прыгают твои… Ну, эти твои…
Рука вытянулась и указала куда-то в район Дусиной груди.
- Во, нахал! – возмутилась Дуся, - Тебе-то что?!!
- Так говорю же – больно смотреть. Руки сводит.
- Чего?
- Руки, говорю, сводит, так поддержать хочется. Чтобы, значит, не оторвало.
- Не, ну, ты - ненормальный. Точно, ненормальный! – Дуся терпеть не могла такого с собой обращения…
Она нахмурилась, сдвинула грозно бровки, развернулась и пошла домой.
- О, опять!
- Чего опять-то? – Дуся не выдержала и обернулась.
- Опять больно! Теперь вот это прыгает, - рука указала пониже Дусиной спины.
- Ну, ты, мужик, совсем оборзел! Я ж тебя сейчас стукну и скажу, что так и было!
- Ой, стукни, пожалуйста. По лбу. Анестезия будет, а то прямо сил нет смотреть на тебя.
- Во, дурак! Иди к чёрту! – Дуся пошла к деревне и больше не оборачивалась.
Дусе было приятно. Дуся покачала бёдрами. Дуся накинула на плечи полотенце. Мужчина громко и образцово-показательно стонал и присвистывал ей вслед, пока она не скрылась за высоким забором деревенской библиотеки.
* * *
Вечером Дуся отдыхала в беседке, делая вид, что читает книгу, а на самом деле просто любуясь пространством. Дуся устала полоть бабушкины грядки и была очень довольна собой. И коровой Мушкой, которая давала молоко, из которого делалась наигустейшая сметана, в которую так вкусно макать кусочки селёдки, которая плавала в большом бочонке, который стоял в погребе, который Дуся полюбила, как только увидела сокровища, в нём таящиеся.
Огурцы. Капуста. Помидоры. Перцы. Грибы. У-у-у-х… Дусе повезло. Дуся восстановит утерянное, было, здоровье.
Рядом что-то просвистело, Дусю обдал порыв воздуха и на пол свалился веник из полевых трав. Дуся выглянула – за забором стоял давешний незнакомец на этот раз в джинсах, ярко-голубой футболке и джинсовой же бейсболке.
- Вадим, - сказал джинсовый.
- Дуся, - ответила Дуся.
- Вы сегодня вечером что делаете? – Вадим пошевелил усами, и у Дуси заныло в районе печени.
- Мы вечером отдыхаем, а что?
- А давайте вместе будем отдыхать.
- Зачем?
- Ну… Вам скучно, мне скучно, тут молодёжи-то нету совсем. Объединимся?
- В смысле?
- В смысле, можно прогуляться до клуба, кино посмотреть, у речки посидеть, поговорить о том, о сём, - терпеливо разъяснил джинсовый и упёр руку в узкое бедро. Дуся встала. Дусе стало интересно. Дуся пошла переодеваться. Свидание всё-таки.
Дуся решила, что не стоит выделяться и выпендриваться. Дуся натянула джинсовый сарафан. С квадратным декольте, обшитым белым ришелье и глубокими разрезами внизу по бокам. Дуся вышла из дома, сверкая глазами, тугими бёдрами, маленьким кулончиком и свежим лаком на ноготках.
- Ух, ты! - восхитился Вадим и облизнулся.
- Ах, подумаешь, - поскромничала Дуся и зарделась.
Примерно через час, в очередной раз отняв у Вадима свою руку, и в сотый стряхнув его пальцы со своего колена, она поняла, что и тут будет худеть и худеть… На полкило за один раз.
Эх, бедная Дуся. Опять ей не удастся поправить здоровье…
***
Надеюсь, что этот незатейливый рассказик не задел ничьих тонких чувств и не оставил тяжёлого впечатления у поборников суровой, серьёзной литературы, которой в моей колонке не может быть, потому что не может быть никогда.
Удачи всем нам!
Ваша Анастасия Галицкая
|
